Читаем без скачивания Колумб в космосе - Светлана Орехова

– Не знаю, – пожал плечами молодой человек, – лично мне в первый же день всё ясно стало – увидел корабли и могу обратно. Эти мне грибочки, рачки, полиморфы цеплючие!..

Он подёргал ногой, освобождаясь от стебля, пошёл неторопливо дальше. Потом неожиданно спустился ещё ниже, к самой кромке воды и произнёс: «Интересно, а вода здесь как земная? Танечка, идёмте купаться». И он бросился в набегающую волну с громким криком. Таня вздрогнула и с тревогой побежала вниз, боясь, что с ним произойдёт что-нибудь. Но первый пилот вынырнул, отплюнулся и крикнул, заплывая ещё дальше:

– Таня, она сладкая! Сладкая, как сироп!

После таких слов девушка всё же тоже решилась искупаться – просто чтобы удостовериться, что он не сошёл с ума. Она осторожно пошла вперёд погружаясь в тяжёлую воду с каждым шагом, девушка была очень сосредоточена на том, что творится под ногами, её немного пугали цвет и консистенция. Татьяна не заметила набежавшей волны, и та смыла девушку в море; радистка с трудом выгребла на поверхность, не без помощи Вени.

Дальше от берега море было спокойнее, можно было не беспокоиться и медленно дрейфовать вдоль линии побережья. Двое землян покачивались на волнах и лениво беседовали.

– В детстве я мечтал о ванне содовой, – сладостно протянул Веня, зажмуривая глаза. – А это куда лучше содовой – я бы здесь остался.

– Глупости! – воскликнула Таня. – Зачем ты здесь нужен, ты даже язык их не сможешь выучить!

– Не даёшь помечтать, – фыркнул молодой человек. Он повернул голову и, меняясь в лице, произнёс, – наплавались! Вон, сам капитан идет. Пиши пропало! Накаркала ты, Танька, летим домой.

Действительно, со стороны города торопливо спускался Колумб. Молодые люди не заметили, но лицо его было мрачно, даже удручено. Сергей Павлович грубо крикнул ребят и стал дожидаться их на гряде.

– С-сергей Павлович, – испуганно пролепетала Таня, приглаживая сырые волосы, – случилось что-нибудь?

– Случилось, – серьёзно произнёс капитан. – У нас проблемы.

Не говоря ни слова и не дожидаясь ребят, он быстро пошёл вверх, обратно к городу. Таня непонимающе побежала следом, испуганно смотря на силуэт капитана. Расталкивая полиморфы, она выбежала на площадь, где уже собрались все учёные. Также на площади было необычно много сизых. Они молча встретили девушку парой сотен фиолетовых глаз, и то, что она прочла в них – неужели страх! Татьяна тут же бросилась к одному из младших учёных, специалисту по химическому оружию, и взволнованно спросила: «Мы же ведь не… Мы не…»

Химик быстро закрыл ей рот и покачал головой, потом очень тихо, чтобы блоки не могли перевести на язык лилолианцев, ответил:

– Капитан будет говорить, слушай. Он сам только сегодня узнал, и это планеты не касается.

Колумб вышел на середину площади проверил блок и медленно не очень громко заговорил. Все слушали с особым вниманием: и учёные, и лилолианцы.

– Мы прилетели сюда две недели, три дня назад, – начал мужчина, – как мирные исследователи, как друзья. Наша миссия заключалась в сборе анализа, общении, поиске общих путей развития. И каждый из вас знает, что жители Лилоа не имеют оружия, они не знают, что это такое. А в области космических полетов они опередили нас.

Он сделал паузу и поднял вверх руку, на которой какой-то краской были написаны числа.

– Это, – громко произнёс Сергей Павлович, – координаты системы двойных переменных звёзд, там, третья по счету, находится уникальная планета с переменным притяжением. Планета из иридия. И всё, что они создают своими руками имеет в себе иридий – это их секрет!

Сизые заметно напряглись. Они неотрывно смотрели на земного капитана, казалось пожирали его взглядом, ждали чего-то. У некоторых Таня даже прочла выражение гнева или недовольства. Эти эмоции они выражали одними глазами получше любого оратора.

А Колумб продолжил:

– Они нам доверяют, поэтому попросили помощи именно у нас. Корабль отправится по новому курсу дальше к центру Галактики. Мы не станем совершать прыжок, расстояние относительно небольшое: одна тридцатая светового года по восходящей орбите. Пока мы будем лететь, наши инженеры и астрофизики рассчитают новый курс для нового прыжка. Мы выйдем около Венеры и вернёмся домой в срок. Но!.. Есть одно обязательство, которое мы должны выполнить…

Все уже и так поняли, к чему клонит капитан, и теперь покорно ждали приговора. Сергей Павлович решил не подчиниться главному уставу земного союза – сойти с курса и оставить земное управление в неведении. Он не просто нарушал это правило: он ставил под удар команду, всю миссию, сам корабль, и, в самый последний счёт свою репутацию. И конечно же члены команды хотели знать почему.

– Мы должны спасти группу лилолианцев, застрявших там, – серьёзно ответил Колумб, – мы своего рода спасательный катер – у них отказала система запуска, мы должны её починить. Им необходимы наши лазерные установки, их корабль ещё не готов к вылету, а ситуация на планете критическая.

– Что будет, если мы откажемся? – спросил кто-то. – Они же не будут нас расстреливать, мы просто уходим в прыжок и возвращаемся на Землю!

– Если мы не сделаем этого – они умрут. Кто готов взять на себя полсотни жизней? Кто откажется и выдаст нас земному управлению по прибытии?!

Эти слова он уже говорил, стоя на капитанском мостике своего корабля. Сергей Павлович сухим, ничего не выражающим взглядом обвёл присутствующих. Все молчали. На корабле стояла гробовая тишина, люди думали: с одной стороны их душила мысль собственной низости, ведь не могли они сбежать, когда их просили о помощи; с другой – пугала абсолютно неизведанная часть космоса, они ставили под удар экспедицию.

Глава 3

Трагедия в космосе

Мы слишком поздно слушаем нашу совесть, заглушаем честность и мешаем состраданию.

А когда решаем проявить все эти чувства сразу – не думаем о последствиях

– Татьяна, что они говорят? – спросил Сергей Павлович, напряженно вглядываясь в рабочий экран, отражающий внешнюю обстановку вокруг «Колумба». Корабль уже несколько часов стоял в данной точке, точнее очень медленно буксировал, чтобы избежать смещения, относительно возможной орбиты (никаких намёков на существование достаточно массивного тела планетарных размеров приборы не выдавали, словно что-то экранировало излучение с её поверхности, практически любое излучение).

Как им и было велено, земляне прибыли на данные галактические координаты, но с некоторым опережением. Так как приборы отказывались фиксировать планету, приходилось ждать и тупо пялиться на тёмный провал звёздного неба, по этой же причине они не могли занять хоть сколько-нибудь удобное положение для посадки, потому что боялись попросту врезаться в планету. Сейчас корабль находился на самой высокой точке орбиты возможного спутника; расстояние до планеты можно было измерить только «физически», то есть на глаз или путём спуска какого-либо тела, имеющего оптический датчик, чтобы точно уловить момент «схода». Но бросать в пасть космическому чудовищу отважного космонавта или что-то из техники было непозволительной роскошью.

В это мгновение пришёл ответ.

– Они говорят, что планета станет ощутимой, когда сменится влияние солнц на неё. Она станет видимой, когда вторая переменная из пары жёлтых карликов возьмет планету под свое влияние.

– И это? – нетерпеливо осведомился Колумб.

– Я не знаю, – пожала плечами девушка, – я не могу высчитать! Это интеграл, и куча переменных… Я радист, а не математик. Всё равно, что за тенью гоняться!

– Что мы и делаем, – сокрушённо произнёс капитан, который уже начал жалеть, что вообще решился помочь лилолианцам. Вдруг его осенило, и мужчина произнёс с довольной улыбкой на лице, – позовите того мальчика! Женю, он вроде математик…

– Он баллистик, – поправил персонал, тут же обращаясь за Женей (все вдруг резко вспомнили о способностях молодого человека прокладывать курс в голове, ровно как и на бумаге, учитывая влияние на него небесных тел; это был своего рода спасательный жилет от Центра, если вдруг на курсе корабля появится что-то «неприятное»), – как сказали, его специализация нестандартные звёздные курсы…

– Так что же вы раньше молчали!

Спустя пять минут вошёл Женя, высокий плечистый молодой человек лет двадцати семи, с поразительно яркими голубыми глазами. И это он-то рассчитывает в голове…

Но характер его похоже был далеко не такой мягкий как внешность: он сразу же спросил, почему отрывают от работы в такой важный момент.

– Евгений, – официально обратился капитан, – вы можете рассчитать момент появления небесного тела по заданным параметрам? Мы находимся в системе двух переменных, планета судя по всему тоже проявляет признаки переменной.